Принцесса испуганно сжалась и заскулила, вытирая рукавом слезы. - Ну что же ты плачешь? - спросил дракон, - А я хотел пообщаться перед тем, как тебя съем. - Он должен был явиться ещё вчера, - пискнула девушка. - Кто? - Принц. - Твоего принца я съел ещё вместе с конем, когда он подъезжал к тракту. Так что ещё некоторое время я буду сыт и добр. Кто же отправил тебя сюда одну? - Народ отправил... - хлюпнула принцесса. - И зачем же? - Отец умер, а мать я почти не помню. Мне пришлось править государством одной. Но начались дожди и не прекращались... Долго. И народ взбунтовался. А ещё главный советник. Это он все подстроил. По легенде, если принести принцессу в жертву дракону... - То дожди прекратятся, и государство ждет солнечное, теплое лето без засух и наводнений. Я знаю, это старая легенда. Открою тебе тайну, малышка, дождь вызван пеленою грозовых туч, идущих с запада, скоро дожди пройдут, и выглянет солнце. Все решат, что это жертва дракону сработала и тебя не станет искать. Ни тебя, ни твоего принца. - Ты все врешь! - сказал принцесса, топнув ногой. - Он приедет и заберет меня. - А ты смелая, - произнес дракон, облизнувшись. - Обычно принцессы падают в обморок даже раньше, чем я приземлюсь и сложу крылья. - Не ври, ты не умеешь летать, у тебя крылья слишком маленькие для этого! - Смелая, ещё и умная. А ты права, летаю я с помощью магии. Хочешь покажу? - Покажи... - сказал принцесса. Кажется, страх отступал. Дракон поднялся на лапы, взмахнул крыльями и медленно взлетел, разгоняя под собой волны у самого края скалы. - Ты же не исчезнешь с восходом солнца, да? - безнадежно спросила принцесса. - Нет, это сказки. А вот то, что я ем людей - это не сказки. Вот только я ем плохих людей, странно, что в этот раз попалась ты. Ну конечно, подумала принцесса, ведь раньше сюда отправляли преступников и предателей. - Так что я даже не знаю, что с тобой делать. - Отпусти. Я уйду. - А вот так не пойдет. Я же злой дракон, кто будет меня бояться? Начнут ко мне сюда ходить толпами, зачем мне это? - Тогда не убивай! Я буду развлекать тебя и общаться. - Зачем? У меня тут есть целая библиотека в подземелье. - Библиотека? У тебя есть библиотека? - ахнула принцесса. - Конечно, и не просто библиотека - все сожжённые труды когда либо брошенные в огонь. Или как ты думаешь, отчего не горят рукописи? - Рукописи не горят, потому что их помнят! - вскрикнула принцесса. - Конечно. Их помню я. У меня есть стихи, карты, древние письма на множестве языков... - Дашь почитать? - у принцессы сразу загорелись глаза. - С чего бы вдруг? В мою библиотеку могут войти только драконы, а не всякие принцессы с принцами. Мясо, кстати, у него было отвратительное, едва не стошнило. Кстати, он хотел продать мою голову, жениться на тебе и захватить трон. - Ты врешь! - Зачем бы мне врать? Я знаю все, что знал он, съев его. Впрочем, знал он немного, всего лишь как отравить тебя, когда ты потребуешь от него детей, ведь он не любит женщин, если ты поняла, о чем я. Принцесса тяжело вздохнула. - У меня не осталось отца и матери, - сказала она печально, - а теперь и любимого... - Отличный повод умереть, да? - спросил дракон. - Но раз ты развлекла меня беседой в это хмурое утро, могу дать тебе последнее желание. Учти, отпускать я тебя не буду, и есть людей не перестану. - Желание... - вздохнула принцесса. - Тогда дай прочитать мне свиток из твоей библиотеки. И пусть это будет что-то самое лучшее, что ты когда-либо читал сам. - Хорошо! - сказал дракон, - Как раз для тебя у меня завалялся один такой свиток. Вообще их было два, один из них когда-то прочел я сам. Остался ещё один. Тебе понравится. Огромным когтем дракон содрал цепи и прямо перед принцессой в воздухе возник старенький и невзрачный свиток, завернутый в кусок рыбьей кожи. Принцесса открыла свиток и начала читать. Море вокруг забурлило начало пениться. Подул сильный ветер, разгоняя тучи и первые лучи солнце осветили заплаканное лицо девушки. - Что это... - сказала она удивленно, дочитав последние строчки. - Какие странные стихи. - Я же говорил, что тебе понравится. - Я не чувствую ног... - удивленно сказала девушка смотря вниз...
В городе вставало солнце. Глашатай докладывал новости новому королю и сообщил о том, что остатки прекрасного принца были найдены у дороги, что о принцессе так никто и не слышал, что дождь закончился, и выглянуло солнце. Но кое-что он умолчал... Крестьянин, обнаруживший тело видел, как над морем, прямо на восток, в след восходящему солнцу улетало два дракона. вселенское управление волшебной энергетикой
Дата: Суббота, 13.06.2015, 11:40 | Сообщение # 3351
Группа: Друзья
Сообщений: 6118
Статус: Offline
Одна из самых трогательных историй жизни Маяковского произошла с ним в Париже, когда он влюбился в Татьяну Яковлеву («Other»)
Между ними не могло быть ничего общего. Русская эмигрантка, точеная и утонченная, воспитанная на Пушкине и Тютчеве, не воспринимала ни слова из рубленых, жестких, рваных стихов модного советского поэта, «ледокола» из Страны Советов.
Она вообще не воспринимала ни одного его слова, — даже в реальной жизни. Яростный, неистовый, идущий напролом, живущий на последнем дыхании, он пугал ее своей безудержной страстью. Ее не трогала его собачья преданность, ее не подкупила его слава. Ее сердце осталось равнодушным. И Маяковский уехал в Москву один.
От этой мгновенно вспыхнувшей и не состоявшейся любви ему осталась тайная печаль, а нам — волшебное стихотворение «Письмо Татьяне Яковлевой» со словами: «Я все равно тебя когда-нибудь возьму - Одну или вдвоем с Парижем!»
Ей остались цветы. Или вернее — Цветы. Весь свой гонорар за парижские выступления Владимир Маяковский положил в банк на счет известной парижской цветочной фирмы с единственным условием, чтобы несколько раз в неделю Татьяне Яковлевой приносили букет самых красивых и необычных цветов — гортензий, пармских фиалок, черных тюльпанов, чайных роз орхидей, астр или хризантем. Парижская фирма с солидным именем четко выполняла указания сумасбродного клиента — и с тех пор, невзирая на погоду и время года, из года в год в двери Татьяны Яковлевой стучались посыльные с букетами фантастической красоты и единственной фразой: «От Маяковского». Его не стало в тридцатом году — это известие ошеломило ее, как удар неожиданной силы. Она уже привыкла к тому, что он регулярно вторгается в ее жизнь, она уже привыкла знать, что он где-то есть и шлет ей цветы. Они не виделись, но факт существования человека, который так ее любит, влиял на все происходящее с ней: так Луна в той или иной степени влияет на все, живущее на Земле только потому, что постоянно вращается рядом.
Она уже не понимала, как будет жить дальше — без этой безумной любви, растворенной в цветах. Но в распоряжении, оставленном цветочной фирме влюбленным поэтом, не было ни слова о его смерти. И на следующий день на ее пороге возник рассыльный с неизменным букетом и неизменными словами: «От Маяковского».
Говорят, что великая любовь сильнее смерти, но не всякому удается воплотить это утверждение в реальной жизни. Владимиру Маяковскому удалось. Цветы приносили в тридцатом, когда он умер, и в сороковом, когда о нем уже забыли. В годы Второй Мировой, в оккупировавшем немцами Париже она выжила только потому, что продавала на бульваре эти роскошные букеты. Если каждый цветок был словом «люблю», то в течение нескольких лет слова его любви спасали ее от голодной смерти. Потом союзные войска освободили Париж, потом, она вместе со всеми плакала от счастья, когда русские вошли в Берлин — а букеты все несли. Посыльные взрослели на ее глазах, на смену прежним приходили новые, и эти новые уже знали, что становятся частью великой легенды — маленькой, но неотъемлемой. И уже как пароль, который дает им пропуск в вечность, говорили, улыбаясь улыбкой заговорщиков: «От Маяковского». Цветы от Маяковского стали теперь и парижской историей. Правда это или красивый вымысел, однажды, в конце семидесятых, советский инженер Аркадий Рывлин услышал эту историю в юности, от своей матери, и всегда мечтал попасть в Париж.
Татьяна Яковлева была еще жива, и охотно приняла своего соотечественника. Они долго беседовали обо всем на свете за чаем с пирожными.
В этом уютном доме цветы были повсюду — как дань легенде, и ему было неудобно расспрашивать седую царственную даму о романе ее молодости: он полагал это неприличным. Но в какой-то момент все-таки не выдержал, спросил, правду ли говорят, что цветы от Маяковского спасли ее во время войны? Разве это не красивая сказка? Возможно ли, чтобы столько лет подряд… — Пейте чай, — ответила Татьяна — пейте чай. Вы ведь никуда не торопитесь?
И в этот момент в двери позвонили… Он никогда в жизни больше не видел такого роскошного букета, за которым почти не было видно посыльного, букета золотых японских хризантем, похожих на сгустки солнца. И из-за охапки этого сверкающего на солнце великолепия голос посыльного произнес: «От Маяковского».
Дата: Суббота, 13.06.2015, 14:26 | Сообщение # 3352
Группа: Друзья
Сообщений: 8958
Статус: Offline
ЦитатаИшаваю ()
Сообщение # 3512
Ишаваю, Спасибо за пост - люблю Маяковского.
А вот его стихотворение, посвящённое Т. Яковлевой - что ни слово - шедевр огня души!
Владимир Маяковский
Письмо Татьяне Яковлевой
В поцелуе рук ли, губ ли, в дрожи тела близких мне красный цвет моих республик тоже должен пламенеть. Я не люблю парижскую любовь: любую самочку шелками разукрасьте, потягиваясь, задремлю, сказав - тубо - собакам озверевшей страсти. Ты одна мне ростом вровень, стань же рядом с бровью брови, дай про этот важный вечер рассказать по-человечьи. Пять часов, и с этих пор стих людей дремучий бор, вымер город заселенный, слышу лишь свисточный спор поездов до Барселоны. В черном небе молний поступь, гром ругней в небесной драме,- не гроза, а это просто ревность двигает горами. Глупых слов не верь сырью, не пугайся этой тряски,- я взнуздаю, я смирю чувства отпрысков дворянских. Страсти корь сойдет коростой, но радость неиссыхаемая, буду долго, буду просто разговаривать стихами я. Ревность, жены, слезы... ну их!- вспухнут вехи, впору Вию. Я не сам, а я ревную за Советскую Россию. Видел на плечах заплаты, их чахотка лижет вздохом. Что же, мы не виноваты - ста мильонам было плохо. Мы теперь к таким нежны - спортом выпрямишь не многих,- вы и нам в Москве нужны, не хватает длинноногих. Не тебе, в снега и в тиф шедшей этими ногами, здесь на ласки выдать их в ужины с нефтяниками. Ты не думай, щурясь просто из-под выпрямленных дуг. Иди сюда, иди на перекресток моих больших и неуклюжих рук. Не хочешь? Оставайся и зимуй, и это оскорбление на общий счет нанижем. Я все разно тебя когда-нибудь возьму - одну или вдвоем с Парижем.
Дата: Суббота, 13.06.2015, 15:36 | Сообщение # 3354
Группа: Друзья
Сообщений: 8958
Статус: Offline
ЦитатаИшаваю ()
happy cool песня Вечная любовь
А эта песня была написана специально для фильма "Тегеран-43". Она писалась непросто: автор музыки долго не мог уловить тему и тогда он попросил режиссёра к/ф Владимира Наумова, чтобы актриса Н. Белохвостикова, игравшая гл. роль, посидела рядом с ним. Так они сидели, молча часа четыре - он смотрел на неё и наигрывал, пытался поймать характер героини и суть происходящего. Потом он сказал, что эта музыка - это сама Наталья.... (из воспоминаний Н. Белохвостиковой) Лучше поздно, чем никогда...
Дата: Пятница, 19.06.2015, 01:05 | Сообщение # 3356
Группа: Друзья
Сообщений: 6118
Статус: Offline
Пока мы думали, что сами хозяева своей судьбы, невидимая рука масонов уже указала пунктиром, с какой стороны мы должны открывать молочко. вселенское управление волшебной энергетикой
Спасибо за пост - люблю Маяковского. 
